Рецензия на альбом «The Man-Machine» — Kraftwerk

"Kraftwerk". Техносила.

Всегда трудно говорить о музыкантах, явление которых на мировой сцене ознаменовало не стиль, не направление, а целую ЭПОХУ в музыке. Kraftwerk - как раз из таких. Если рассуждать трезво, получается, что на совести этих людей ни много, ни мало - вся вчерашняя и сегодняшняя электронная музыка планеты. Начинали они в конце 70-х. Стоит ли напоминать, что в те времена "царём горы" был панк-рок, бал правила электрогитара, все главные песни пелись на английском, а каждая вторая композиция таила в своих недрах блюзовые корни? Исходя из этого, сегодня совершенно непонятно, почему именно в эти годы в тихом и благополучном западногерманском Дюссельдорфе два выпускника местной консерватории решили пойти другим путём.

Совершенно другим.

Есть мнение, что человек может бесконечно смотреть на три вещи: на огонь, на бегущую воду, и на то, как другой человек работает. Если подумать, то всю музыку можно разделить по этим трём категориям: воспламеняющую, умиротворяющую и... музыку как процесс. Первые две наиболее популярны, последняя встречается намного реже: её трудно культивировать, ибо гений полагается на "божью искру", талант требует упорного труда лишь в самой необходимой степени, а посредственность, как ни работай, останется посредственностью. Редко встречается такой персонаж, как гений-работоголик, наблюдать за работой которого не менее интересно, чем за конечным результатом. Тем более удивительно, когда не один человек, а целая группа являет пример такого коллективного "гения", для которого музыка не столько полёт вдохновения, сколько кропотливая работа. В основе философии Kraftwerk всегда лежал именно ПРОЦЕСС, музыканты культивировали идею обезличивания творчества, представляя группу как лабораторию, где непрерывно ведётся исследование, поиск нового и необычного, и где достижения отдельных членов имеют ценность только в виде составляющих общего результата труда. Это больше всего похоже на КБ или завод - отлаженное, выверенное до мелочей, точное производство.

Вести рассказ об этой группе трудно: скатываешься на академическую сухость, всё превращается в лекцию. Нет здесь ни религиозных озарений, ни детских трагедий, ни путешествий автостопом, ни панковского хулиганства, ни тяжелого детства в гараже с гитарами. Ральф Хюттер и Флориан Шнайдер-Эслебен познакомились в 1968 году на отделении классической музыки Дюссельдорфской консерватории, где Хюттер изучал электроорган, а Шнайдер - флейту. Их первая группа Organisation успеха не снискала: музыканты втихомолку баловались "кислотой" и играли размытый, бесформенный авангардный рок, малоприятный даже по сегодняшним меркам. В 1970-м два друга собирают Kraftwerk и за последующие годы записывают три альбома, заработав локальную популярность внутри страны (композиция Ruckzuck даже стала хитом). Инструментарий был вполне традиционен, но уже начались эксперименты с ритмом и размером (именно тогда возник их узнаваемый "моторный" бит). От большинства музыкантов их прежде всего отличала школа. Поп-музыка тех лет несла в своей основе блюз, латиноамериканский или английский фолк. А эти двое немцев тяготели к творчеству композиторов-минималистов середины XX века - Булеза, Штокхаузена, Гласса (Страшно? Не надо пугаться: я и сам никого из них не слышал). В 1984 году в группу приходит барабанщик Вольфганг Флюр (этот человек изобрёл электронную ударную установку), и музыканты начинают записывать на магнитофон производственные шумы, а после - подбирать им звуковые аналоги на только что появившемся синтезаторе. Результатом стала длиннейшая (22 минуты) композиция Autobahn, насыщенная звуками проезжающих автомобилей, визгом тормозов, гудками клаксонов и шумами радионастройки. Почти целиком сыгранная на синтезаторах, она произвела фурор по обе стороны Атлантики и получила Golden Records Awards. На этом альбоме последний раз звучит флейта Флориана Шнайдера: больше он в руки её не возьмёт. А год спустя в группу приходит Карл Бартос - сильнейший музыкант и аранжировщик, закончивший консерваторию по классу ударных, музыканты основывают собственную студию Kling-Klang (по названию песни со второго альбома) и с головой уходят в новые поиски.

Я начал слушать Kraftwerk довольно поздно: к этому времени группа уже выпустила шесть альбомов и была довольно известна в Америке и Европе. Но надо вспомнить, что во-первых, мы не Америка (и даже пока не Европа), во-вторых, мне было тогда всего двенадцать лет (в очередной раз спасибо брату). Пластинки в СССР возили избирательно: зачем нам всякие авангардисты? (А Kraftwerk даже на Западе долгое время считались экзотикой, кем-то вроде профессиональных исполнителей на терменвоксе). В этом смысле рекомендовать альбомы "Autobahn" и "Radio-Aktivity" глупо - кроме заглавных композиций, там слушать нечего. Следующий диск "Trans-Europe Express" также был достаточно сложной, авангардной работой (чего стоит одна гигантская заглавная композиция, построенная на сбивчивом ритме вагонных колёс!) И лишь альбом "The Man-Machine" стал точкой отсчета для всех последующих музыкальных стилей, хоть как-то связанных с электроникой. К немецкому квартету пришла СЛАВА, а на мировой сцене появился новый стиль - "техно".

"Я твой слуга, я твой работник", - эта закольцованная русская (!) фраза на фоне электронной пульсации открывает, наверное, самый знаменитый альбом группы. "Роботы" ("The Robots") - стопроцентный хит, который не стал таковым только из-за патологического страха западного слушателя перед маршевым темпом и русским языком. Многие даже обвинили группу в ностальгии по тоталитаризму. Даже сегодня удивляет изящность, мелодичность его звучания - не сравнить с индустриальным стуком и звоном "Транс-Европейского экспресса" (впрочем, у того были свои достоинства). Kraftwerk наигрались в звуковые игрушки и взялись за мелодии. Но не всё было так однозначно. Если другие группы при помощи синтезатора старались усложнить свою музыку, то Kraftwerk пытались её всемерно упростить. Их кредо стала немногословность, они никогда не играли четыре ноты там, где можно сыграть три. (На самом деле причина до смешного проста: первые аналоговые секвенсоры запоминали всего 8 нот, в это "прокрустово ложе" и приходилось укладывать структуру композиции). Вместе с тем, повторяемость ритма, закольцованность музыкальных фраз вводят слушателя в некий транс. В сущности, две следующие композиции ("Spacelab" и "Metropolis") иллюстрируют именно это. Ровные медитативные треки, практически без слов, равные по длине, они оба основаны на ритмической пульсации и холодном бите электронных ударных. Мелодическая линия - те самые "три ноты"; при первом прослушивании они проходят незамеченными, но потом надолго "застревают" в подкорке. О, этот хитрый приём Kraftwerk освоили в совершенстве! С каждым прослушиванием музыка Kraftwerk словно даёт мозгам какую-то "настройку" - на это дело можно подсесть, как на наркотик. Было время, когда я слушал этот альбом часами и просто не мог остановиться. Этот ритм, эту пульсацию начинаешь слышать во всех работах группы, вплоть до новейших. Многие пытались им подражать, вычленить из общего потока эту "музыкальную извилину", однако ни у кого не получилось. А вот четвёртая песня - "The Model" (она посвящена Аманде Лир), стала первым мировым хитом электронной музыки. Короткая, сконструированная по традиционной схеме "куплет - припев", с замечательной мелодией и звонкой аранжировкой, она действительно стала моделью, лекалом, по которому десятилетиями "кроили" хиты такие люди, как Human League, Depeche Mode, Дэвид Боуи и все-все-все другие прочие (её с охотой перепевают и сегодняшние звёзды). Далее следует зарисовка "Neon Light" с её "стеклянным" звуком, и это путешествие в мир ночных вывесок и витрин, оказывается, таит в себе неожиданно большой простор для импровизации в таких, казалось бы, изначально узких рамках. Последняя песня (собственно "The Man-Machine") обыгрывает тиканье некоего абстрактного механизма, в которое вплетается пропущенный через вокодер голос Флориана Шнайдера. При этом возникающие время от времени "механические" пассажи отсылают к первой композиции, мелодически закольцовывая альбом.

Странный диск. Сегодня он не производит такого ошеломляющего эффекта, как в былые дни, но это исключительно потому, что куча последователей и лавина подражателей долгие годы дополняли, развивали и переосмысливали творческие идеи Kraftwerk. Композиции кажутся длинными, хотя большинство едва ли больше шести минут. Четыре вещи из шести стали постоянными концертными номерами - это тоже рекорд.

Критики часто называли музыку Kraftwerk "механической" и "бесчувственной", что подсказало музыкантам потрясающее визуальное решение. Если на предыдущем альбоме возникли манекены (кстати, в тот год Kraftwerk концертов не давали), то на новом музыканты пошли ещё дальше и предстали перед публикой в образе... роботов. Это отражено и на конверте: асимметричный, плакатно-красный, он оформлен в стиле советского конструктивизма 20-х годов, название написано на трёх языках, а музыканты стоят в одинаковых позах, одинаково одеты и подстрижены. Симптоматично, если подумать (я знаю только три группы, широкая популярность которых началась с того, что все их участники сделали одинаковые причёски - Kraftwerk были третьими и последними). На сцене появились четыре "дублёра"-манекена (были случаи, когда они даже заменяли музыкантов на презентациях, а таможенники на границе падали в обморок при виде четырёх "гробов" с неподвижными телами), а в клипах музыканты двигались механически, изображая роботов за музыкальным "станком". Внешний облик теперь соответствовал содержанию, процесс растворения личности в группе достиг своего апогея. Группа превратилась в монолитный - даже не организм - механизм, шагающий вперёд в едином ритме. Идея показалась Ральфу и Флориану настолько удачной, что все последующие годы они так и не смогли отойти от неё, закуклившись в своём музыкальном и визуальном пространстве.

Что, в конечном итоге, и погубило эту, без сомнения, великую группу.

Время отшельников прошло: новое поколение юнцов с дешёвыми синтезаторами и компьютерной клавой под мышкой в считанные годы сделали из синти-попа рядовой музыкальный стиль, который очень скоро сошёл со сцены. Последний альбом Kraftwerk ("Electric Cafe") сводил ди-джей Франсуа Кеворкян - великие технократы побоялись (или не смогли) как следует освоить новые цифровые технологии. Проще говоря, случилось то, чего Ральф и Флориан боялись больше всего - они отстали от времени. Идея, что музыкант должен каждое утро приходить в студию, как на работу, изжила себя. Группа стала напоминать тоталитарную секту. У них не было ни почтового адреса, ни телефона, не было даже секретарши – Ральф и Флориан патологически не доверяли посторонним. Связь с внешним миром осуществлялась через нью-йоркского адвоката. Майкл Джексон, Дэвид Боуи и многие другие звёзды рангом поменьше в разное время пытались осуществить совместные проекты с Kraftwerk – безрезультатно. Игнорировались и постоянные просьбы написать киномузыку. Kraftwerk никогда не соглашались делить концертную площадку с кем бы то ни было. Ральф и Флориан начали избегать фотографов и журналистов, в 80-х они перестали давать интервью и посвящать кого бы то ни было, включая руководство собственной фирмы грамзаписи, в свои планы. Не выдержав испытания бездельем, один за другим ушли Флюр и Бартос (оба выпустили по паре сольных дисков, а впоследствии хорошо зарекомендовали себя как продюсеры). С 86-го группа погрузилась в молчание, прерываемое сборниками ремиксов и редкими концертами. Новый диск - Tour De France Soundtrack вышел только в 2005-м году. Это была достойная, легко узнаваемая работа старых мастеров, но...

Давайте посмотрим правде в глаза. Эти люди долгое время шли вперёд, выпуская альбом за альбомом, и всякий раз после них, как круги на воде после брошенного камня, в музыкальном мире появлялось что-то новое - новые способы микширования, электронные ударные, свежие аналоговые звуковые библиотеки... Они первыми написали хит для синтезатора, первыми стали играть чисто электронную музыку, первыми использовали вокодер как музыкальный инструмент, первыми применили секвенсор и доказали ценность лупа - закольцованной звуковой петли как музыкальной единицы, заложили основы индастриэла, техно, синти-попа, транса, брейк-бита... Они шли, но нельзя же двигаться бесконечно. И однажды настал день, когда они не смогли сказать миру НИЧЕГО нового.

То ли потому, что порох в пороховницах кончился.

То ли потому, что дальше двигаться уже некуда.

Они играют и сегодня по типу "Ральф, Флориан + сессионные музыканты" (у многих ещё свежи в памяти триумфальные мировые гастроли 2005 года). Это всё та же танцевальная музыка идеальных механизмов, которых только обслуживают люди. Но надо добавить: идеально обслуживают. Даже жаль, что такие усердие и педантичность используются для столь несерьёзной цели. В самом деле, может, большая польза была б, если эти люди работали на каком-нибудь настоящем производстве. У этих ребят и Чернобыль не взорвался бы, и "Комсомолец" не утонул.

А всё-таки забавно было наблюдать, как в начале нового века, возле свалки, где покоятся забытые и отыгравшие своё (хотя когда-то - ой какие резвые) гламурные шарманки, заводные куклы, техно-попрыгунчики и прочие электровеники, вдруг появился из тумана древний, как мастодонт, шагающий экскаватор, который двадцать лет назад они обставили на трассе и списали со счетов.

Появился.

Невозмутимо протопал мимо.

И ушёл в туманную даль.

20.09.2007

Оставить комментарий (потребуется вход)

Другие рецензии этого автора

Оставьте свою рецензию на этот альбом (потребуется вход)



Информация об альбоме

The Man-Machine

Композитор /группа: Kraftwerk

Перевод названия: Die Mensch-Maschine

Год: 1978